И. Г. Коленченко. Преломление жанра духовного стиха в творчестве Н. А. Римского-Корсакова

И. Г. Коленченко

Преломление жанра духовного стиха в творчестве Н. А. Римского-Корсакова

И. Г. Коленченко, аспирант Российской академии музыки им. Гнесиных (г. Москва)

Жанр духовного стиха привлек внимание композиторов уже на раннем этапе развития фольклористики (сборники К. Данилова, Н. А. Римского-Корсакова, Т. И. Филиппова, М. А. Балакирева, Ю. Н. Мельгунова, А. К. Лядова). Обращение отечественных авторов к жанру духовного стиха обнаруживает подлинный интерес к этому древнейшему пласту фольклора, отразившему нравственно-философские воззрения народа. В произведениях русских композиторов-классиков посредством воссоздания образной сферы духовных стихов передаются основы народной этики.

Мелодическая составляющая стихов стала богатым материалом для воссоздания композиторами исторической атмосферы и передачи жанровой специфики, однако в подходе к их претворению проступают явные различия. Н. А. Рим-ский-Корсаков, А. С. Аренский, А. К. Лядов цитируют и обрабатывают музыкальный материал, тогда как М. П. Мусоргский его стилизует и преобразовывает. В творчестве отечественных композиторов XX в. эти подходы получают дальнейшее развитие.

Особое место духовные стихи занимают в песенных собраниях Н. А. Римского-Корсакова («Сто русских народных песен» и «40 народных песен, собранных Т. И. Филипповым и гармонизованных Н. А. Римским-Корсаковым»). Композитор использовал этот жанр в своих сочинениях. Впервые он обратился к нему во время работы над второй редакцией «Псковитянки»1, где приводится духовный стих «Алексей Божий человек». Римский-Корсаков так писал об этом в своей «Летописи»: «Балакирев настаивал на том, чтобы в 4-м действии, в 1-й картине которого дело происходит в виду Печерского монастыря, я вставил хор калик перехожих в виде песни об Алексее Божьем человеке. Напевом должна была служить подлинная мелодия этого стиха из сборника Т. И. Филиппова»2. Благодаря введению в начале картины у Печерского монастыря хора калик перехожих передается историко-социальный колорит.

Напев этого духовного стиха композитор использовал еще дважды: в симфонической сюите «Музыка к драме Л. Мея „Псковитянка"» (1877) и кантате «Стих об Алексии Божьем человеке» для мужского хора и симфонического оркестра (1878). Для воссоздания соответствующей исторической обстановки Н. А. Римский-Корсаков ввел подлинные напевы в оперы «Садко» и «Сказание о невидимом граде Китеже». В 4-й картине «Садко» используется эпический по характеру «Стих о Голубиной книге», который звучит в хоре калик перехожих, а во II действии «Сказания о невидимом граде Китеже» композитор цитирует поминальный стих «Да помянет Господи» в хоре нищей братии «Кормильцы вы, милостливые»3.

Следует отметить, что в обращении Н. А. Римского-Кор-сакова к жанру духовного стиха прослеживается единый подход. Композитор всегда использует подлинный напев как завершенную музыкальную тему, а затем определенным образом развивает ее, сохраняя при этом первоначальный художественный образ. Во всех вышеприведенных примерах духовный стих вложен в уста калик перехожих (нищей братии) — той социальной группы, в которой он бытовал в предшествующую эпоху.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См.: Теплова И.Б. Духовный стих «Алексей Божий человек» в творчестве Н.А. Римского-Корсакова. URL: http://russkiydom.spb.ru/index. php/2011-06-06-14-36-30/9-l-r (дата обращения: 17.03.2012).

2 Римский-Корсаков Н.А. Летопись моей музыкальной жизни. М., 1982. С. 133.

3 См.: Бачинская Н.М. Народные песни в творчестве русских композиторов / под ред. Е.В. Гиппиуса. М., 1962. С. 88—89. 

Лицензия Creative Commons
All the materials of the "REGIONOLOGY" journal are available under Creative Commons «Attribution» 4.0